Три смерти и Даша (СИ) - Страница 52

— Слушай, Лейла, а тебе не все ли равно? Ну, сказала и сказала, ну, приехала и приехала. Ты, как будто, чего‑то боишься.

— Боюсь. Еще как боюсь. Дашка же у них новый отрицательный герой.

Заинтересовавшись, Пашка поближе придвинулся к Лейле и испытующе на нее посмотрел.

Лейла улыбнулась. Она знала, что Пашке можно доверять. А еще ей давно хотелось поделиться с кем‑нибудь этой историей, но кроме Даши близких подруг у нее не было, а Даша не любила об этом вспоминать.

"С Ликой Дашка познакомилась, когда ей было тринадцать лет. То есть — Даше — тринадцать, а Лике — семнадцать. Но, разница в возрасте им никогда не мешала, да ее в сущности, как будто и не было — Дашка много читала и много знала, а Лика практически не менялась с возрастом.

Познакомились они в библиотеке, где взяли одинаковые книги. Разговорились. Оказалось, что у них много общего. А мы с Дашей тогда как раз отдалились друг от друга. Наверное, просто устали — все вместе, да вместе.

Даше Лика очень понравилась. Они стали много времени проводить вместе. Она была в восторге от своей новой подруги. Только и слышала от нее: "Лика — то…Лика — это…Лика такая…" А мы с ней совсем перестали общаться: виделись только на уроках, если обе не прогуливали, перебрасывались ничего не значащими фразами, перестали ходить друг к другу в гости. И, главное, что я это даже не сразу заметила — все произошло постепенно.

Потом я заметила, что Дашка стала какая‑то странная, совсем ушла в себя. Книги на уроках она стала читать совсем другие: в основном — отпечатанные на принтере с виньетками на полях. И ничего мне не рассказывала. Я знала, что они встречаются каждый вечер — гуляют или зависают на квартире у Лики или у ее знакомых.

Я спрашивала у Даши, что она читает, пыталась выяснить, чем увлекается Лика. Но, в ответ получала: "Ты все равно не поймешь," — или что‑то в этом же роде. И тогда мне стало просто интересно, что же там такое твориться, чего я не пойму. Да и просто обидно стало — всю жизнь были как сестры, никто не знает ее лучше, чем я, и я вдруг не смогу ее понять.

Тогда я попросила ее познакомить меня с Ликой. Ревновала жутко, и было интересно, чем же она лучше меня. Даша просияла: "Как я сама об этом не подумала! Это нужно было сделать уже давно!" И в тот же вечер мы отправились в гости к Лике. Всю дорогу Дашка говорила о какой‑то особой атмосфере, царящей дома у ее новой подруги, о том, что там мне обязательно понравится и о чем‑то еще в этом же роде.

Как оказалось, насчет атмосферы Даша не соврала. Она была действительно особой. Это я поняла как только Лика открыла нам дверь. Запах в квартире стоял непереносимый. Словами его изобразить трудно, поэтому я, к счастью, ничего не сказала на этот счет. Как выяснилось позже, у хозяйки квартиры было шесть кошек. И они гадили везде, но, в основном, под дверью. Второе, что поразило меня сразу после запаха — это жуткая захламленность квартиры. Полы там явно не мылись месяцами, если мылись вообще, и красились ровно один раз за все время их существования. И везде, куда не глянешь — хлам. Убирались там явно еще реже, чем мыли полы, а возможно, что даже реже, чем красили. Одна комната была завалена настолько, что зайти туда было невозможно.

Лика, открывшая нам дверь просто сияла: "Лейла, верно? Я сразу тебя узнала, Даша много о тебе рассказывала. Я рада, что наконец‑то с тобой познакомилась." И мы пошли на кухню пить чай. Чувство брезгливости, не покидавшее меня с порога, не отступило и на кухне. И там царила полнейшая антисанитария. Чай я пить не стала, только сделала вид. И все думала, что уж насколько я ленивая, но до такого у меня никогда не доходило и не дойдет. "

Пашка согласно кивнул: дома у Лейлы было чисто и уютно. Женская рука чувствовалась сразу. Было видно, что в доме живут, и что живущие в нем люди не безразличны сами себе и друг другу.

Лейла продолжила: "Эта квартира выглядела, как жилище сумасшедшего. Но больше всего меня поразило то, что Даша чувствовала себя там вполне нормально. Ей даже нравилось там.

Лика говорила много. Много ерунды. В основном что‑то о путешествиях между параллельными мирами. Даша слушала, изредка вставляя замечания по делу. А я сидела и гадала, какую книгу они так увлеченно обсуждают. Потом я поняла, что это не выдумка, а суровая реальность, по крайней мере для Лики точно. Позже я очень удивилась, узнав, что она не единственная, кто в это действительно верит. Когда они начали обсуждать свои прошлые жизни, я поняла — дело плохо. Удивляться я к тому времени уже устала. Я просто молча сидела, слушала и безуспешно пыталась понять две вещи. Первое: что за бред тут несут. И второе: где моя Даша? Куда она пропала? Где ее критичность и злой язык? Кто ее подменил, как и когда?

Действительно было ощущение, что мою подругу именно подменили. До этого я никогда не видела ее такой: мечтательный взор, устремленный куда‑то в даль, лихорадочный блеск в глазах, нежная улыбка на просветленном лице. И полное отсутствие критического взгляда на вещи.

Знал бы ты, Паш, как я растерялась тогда. Я не знала, что делать. "

"И ты, конечно же, сразу открыла ей глаза," — предположил Пашка.

"Конечно же — нет. Тогда я бы сразу и потеряла ее. Я сделала вид, что меня это все очень заинтересовало, и стала расспрашивать Дашу. Она поведала мне много интересного об удивительных людях, живущих в нашем городе, помнящих свои прошлые жизни и борющихся с невидимым злом."

"Они, что, чертей на себе гоняли, как алкоголики?" — спросил Пашка.

"Практически. Все им мерещились ночью за окном какие‑то злобные сгустки тьмы. И еще они спасали мир от неведомой никому угрозы. И, конечно же, главным "спасателем" была Лика. Потому, что, строго говоря, все беды в мире происходили именно из‑за нее. И все беды с ее друзьями — тоже. Ведь, это за ней охотятся таинственные ОНИ, чтобы помешать ей в ее славных делах и уничтожить все, что ей дорого."